Удивительно и странно, что постигнутое Михаилом Шолоховым в молодости, по горячим следам событий, и столько лет спустя, так по сути и не стало достоянием общественного сознания. Причем, даже в той образованной писательской среде, которая считает себя патриотической и наследницей традиций Шолохова. Там все еще почитают генерала Л.Г.Корнилова «спасителем России». И не дай Бог, вы начнете выспрашивать таких поклонников Л.Г.Корнилова, по какой такой логике и в силу каких фактов они считают его спасителем. Вы наживете непримиримых врагов.

Да, конечно, непросто людям отделаться от однажды принятых фетишей. Такова природа человеческая, о чем писал Ф.Достоевский в «Великом инквизиторе» в романе «Братья Карамазовы»: «Нет у человека заботы мучительнее, чем как найти того, кому бы передать поскорее тот дар свободы, с которым это несчастное существо рождается…»

Но ведь лучшие, хотя и немногие умы думали об этом несколько иначе, да и пора бы уж подразобраться с нашим советским периодом истории строгой и последовательной мировоззренческой биографии которого все еще нет. Справедливо писал Вадим Кожинов, что «вопрос о Белой армии необходимо уяснить со всей определенностью», и дал убедительную картину происходившего. Именно политико-мировоззренческую, а не бытовую, не то, кто за кем гонялся в гражданскую войну и кто в кого стрелял, но кто и как мыслил, как представлял образ этого мира, ибо от этого зависит и все остальное.

Но если наши патриотически настроенные писатели и до сих пор, даже после новой, на сей раз «демократической» революции, вновь разорившей Россию, гражданскую войну все еще мыслят на уровне военно-патриотических клубов, значит они не ведают, что происходило в их родном Отечестве, какие смыслы таились в тех или иных событиях. Или ведали, но не устояли из боязни прослыть непрогрессивными или из обыкновенной житейской трусости…

Примечательна картинка для иллюстрации выше мной сказанного. В своих воспоминаниях Станислав Куняев описывает чрезвычайно характерный случай из шестидесятых годов. Когда делегация писателей возвращалась из Вешенской от Шолохова С.Семанов вдруг вскочивши и вытянувшись по стойке смирно скомандовал: «Господа! Мы пролетаем над местом гибели генерала Корнилова! Приказываю всем встать!» Юрий Павлов, заметивший не комичность ситуации, а ее неточность так ее опротестовал: «Здесь кто-то напутал, то ли Куняев, то ли Семанов. Корнилов погиб под Екатеринодаром». Да, действительно тут вышла ошибка географическая, но нет ошибки мировоззренческой. Так думали и думают «патриотически» настроенные писатели. Я уж не говорю о том, нужны ли кому литературные мемуары миновавшей литературной жизни в то время, когда литературная жизнь в России пресечена, литературно-художественный процесс разрушен и литература изъята из общественного сознания. И стал ли теперь в большей мере господином тот же Семанов, в сравнении с советскими временами, но отношению к которому он держал фигу в кармане, судя по описанному С.Куняевым случаю… То есть вместо осмысления миновавшего века, такого кровавого, такого трудного и такого запутанного, мы видим какую-то непростительную ангажированность. Но если так, то тогда приходится признать, что на поле мыслительном и мировоззренческом писателей патриотов просто обыграли. А в чем же они тогда преуспели? Разве что в декларациях о патриотизме…

Теперь, размышляя над судьбами людей периода гражданской войны первой волны эмиграции, приходишь, может быть, к главному выводу, общественному сознанию, к сожалению, пока недоступному: Родину тогда потеряли все в равной мере и без исключения - и те, кто ее покинул и те, кто остался вариться в социалистическом рассоле. Но в общественном сознании все еще преобладает представление, что ее потеряли лишь те, кто оказался в эмиграции. И лишь потому, что это было нагляднее и зримее, чем потеря Родины людьми, оставшимися в ее пределах. Но возвращать Родину, в иной конечно, форме, пришлось в основном лишь тем, кто остался и не теми путями и средствами, какие виделись эмиграции: не в результате внешнего освобождения от коммунизма, а в результате большой духовной, созидательной и жертвенной работы внутри страны. Это, пожалуй, главное, что казалось уже давно должно было бы быть усвоено людьми мыслящими, тем более патриотически настроенными, так как оно имеет прямое отношение и к нашему нынешнему состоянию и положению…

Странно, что эта простая мысль, отражающая очевидное положение, за все эти десятилетия так и не посетила людей вроде бы патриотически мыслящих. О либеральствующих циниках не говорю, такая мысль и не должна была прийти им в голову по определению, но патриоты должны были догадаться об этом… Нет, каждый грыз в одиночку и втихомолку какую-то свою кость-мысль, пока дело не дошло до новой революции, теперь уже «демократической», зловещие последствия которой еще не вполне угадываются и, может быть несравнимы с последствиями революции начала миновавшего века… И тогда все здесь происходившее вдруг обесценилось, словно куда-то провалилось и предстало в том изначальном значении, которое было постигнуто молодым Шолоховым…

Об этом мне думалось летом 2005 года у той самой хаты, на берегу Кубани, на окраине Краснодара, в которой весной 1918 года шальным снарядом был убит генерал Лавр Георгиевич Корнилов. В этой хате все так же живут люди, не имея более подходящего жилья. Смотреть на ее убогость без слез невозможно.

Но почему за все эти «реформаторские» годы никто из тех патриотов, кто почитает Л.Г.Корнилова спасителем России так и не поставили у рядом проходящей трассы креста или какого-нибудь памятного знака, который хоть в какой-то мере заменил бы Л.Г.Корнилову могилу, которой у него нет на земле… Никто ведь этому в эти годы не препятствовал… Или не особенно верили в то, что он действительно является спасителем, патриотические фразы в связи с его именем были способом хоть как-то заявить о себе, за неимением других достоинств и интеллектуальной способности разобраться в том, что же в действительности происходило и происходит в родном Отечестве…