«Соленая Подкова»

Учитель Мастепанов

Содержание материала

Попутно отмечу, что в октябре 2000 года тогда еще губернатор края Николай Игнатович Кондратенко на Третьем Всемирном сборе кубанских казаков произнес страстную речь о том, что необходимо наконец-то составить Книгу Памяти казачьего геноцида, что Холокосты бывают и казачьи. Но знают ли на Кубани об уникальном собрании С.Д.Мастепанова, содержащем сведения на миллион (!) жертв геноцида и на сто тысяч с фотографиями, собрание, которое теперь, когда не стало Сергея Даниловича, может быть уничтожено? Или титанический труд одного из самых замечательных сынов Кубани нашего времени С.Д.Мастепанова остается не востребованным? Недоброжелатели русского народа и казачества боятся ведь не кондратенковских деклараций, а того, чем занимался С.Д.Мастепанов - укрепления духа человеческого и народного через его культуру, что только и делает человека неуязвимым пред бесстрастным молохом агрессивных мировых сил зла.

Прислал он мне и фотографию древней стелы с крестом, что у аула Хумара, снабдив ее комментарием: "По моим исследованиям, предыстория этого креста такова: В 933-м году н.э. между Аланией (Осетией) и Хазарским каганатом вспыхнула двухлетняя алано-хазарская война, закончившаяся поражением Алании. После этого поражения Алания полностью попала под власть хазар. Христианство в Хазарии под угрозой смертной казни было запрещено, и Алания была насильственно приведена к иудейской религии, господствующей среди хазар. Для Алании наступили черные дни, которым не видно было конца. Но через 32 года великий русский князь Святослав разгромил и стер с лица земли Хазарский каганат. После разгрома Хазарского каганата Алания стала свободной. И вот в 965 или 966 году в ознаменование восстановления христианства в Алании и воссоединения ранее захваченных хазарами земель и был поставлен этот крест". 2 (2 Наконец-то вышли первые серьезные исследования о раннем христианстве в этом регионе: В.А.Кузнецов «Христианство на Северном Кавказе до ХУ в.» (Владикавказ, 2002), Л.Г.Хрушкова, «Раннехристианские памятники Восточного Причерноморья» (М., «Наука», 2002))

Собственно говоря, это пограничный знак, определяющий границы не только земли, но и веры, что для человека в те времена было неразделимо. Имеет ли это отношение ко дню сегодняшнему? Увы, самое прямое. Когда знаешь о том, что православные покидают республики Северного Кавказа, это является красноречивым доказательством того, что дело здесь не только и не столько в активизации ислама - христианство и ислам здесь мирно уживались. Это проявление того единого мирового процесса глобализации, которому мешают все веры… А потому защита сегодня народного облика, своей ментальности является задачей первостепенной важности, если конечно, мы хотим жить цивилизованно. И это нисколько не мешает и не противоречит прогрессу и равноправному взаимоотношению с другими народами.

Когда читаешь положения "Политики Соединенных Штатов на Кавказе…", в которой признается положение "стратегической важности для США этого региона - и не только с точки зрения огромных энергетических ресурсов", то ничем иным, кроме как откровенной экспансией, несколько припудренной дипломатической демагогией, это назвать нельзя.

Ясно, что на такую бесцеремонность народы пойти не смогут, если они, конечно, хотят оставаться действительно свободными. Ведь эта довольно странная логика представляет собой несколько сдобренную демагогией войну со всяким, кто с тобой не согласен.

К сожалению, рассказ о С.Д.Мастепанове не может быть чисто научным, филологическим. Невозможно говорить лишь о его трудах и заботах, не беря в расчет его судьбу, не рассматривая его личность, как духовно-социальный феномен нашей жизни. Это невозможно и потому, что судьба его наследия может оказаться такой же трагической, как и его самого.

Знакомство с этим удивительным человеком невероятной духовной и житейской устойчивости, какая чаще в России бывает именно в казачестве, преподносит нам, может быть, главный урок, столь злободневный и для нашего сегодняшнего бытия. Остаться личностью действительно свободной, вольной в выборе своего рода занятия, в котором она реализуется наиболее полно, как прежде, так и теперь - можно лишь при таком условии: не хватать поспешно и бездумно постоянно подсовываемые нам идеологические фетиши, но проявлять устойчивость против них. Хранить свою культуру, свой образ жизни, как высшее достояние, дарованное нам по праву рождения. Только так можно послужить своему народу, вне которого человеческой личности, вопреки иным утверждениям, просто не бывает. Что бы вокруг ни происходило, какие бы недобрые поветрия и соблазны не охватывали людей, будем помнить слова мудрого В.Даля, что "с языком шутить нельзя - словесная речь человека - это видимая, осязаемая связь, звено меж душой и телом".

Следует сказать и о том, что многотрудная судьба Сергея Даниловича Мастепанова не была, к сожалению, каким-то досадным исключением. Она вписывалась в тот тип человека одаренного, бескорыстного, подлинного подвижника, который был характерен для советского периода истории. Порушенный уклад жизни, надорванность душ, перепутанность понятий в самих основах человеческого бытия, варварство, в которое был загнан народ, большие человеческие жертвы - все это восстанавливалось долго и трудно. И восстанавливалось не спекулятивным диссидентским шпионством против своего народа, и не высокими указами, а напряженной работой многих и многих людей, зачастую не рассчитывающих ни на какую благодарность потомков. Неслучайно это время явило вершинные творения человеческого духа и разума. И что примечательно, многие из них были совершены "самоучками". Не в буквальном смысле слова, но таковыми считавшимися профессиональными, бюрократическими и идеологическими сообществами. "Самоучка" по формальному образованию Михаил Александрович Шолохов создает "Тихий Дон", роман века, так и оставшийся непревзойденным по высоте человеческого духа. "Самоучка" Константин Эдуардович Циолковский, опять-таки в провинции, создаёт теорию космических полетов. В этом ряду можно назвать еще не одно доброе имя, среди которых, несомненно, и - Сергей Данилович Мастепанов. Вне всякого сомнения, имя С.Д.Мастепанова стоит в одном ряду с такими знатоками русского языка как В.И.Даль, С.И.Ожегов… С той лишь разницей, что его наследие все еще остается неведомым…

Примечательно, что претерпевать лишения им приходилось не только от необразованной, невежественной, а то и прямо враждебной народу власти. Со временем, когда опасность им исходила уже от иных сил, тогда вроде бы та же самая власть их и защитила, позволила им состояться, реализовать свое дарование и исполнить свой человеческий долг.

Теперь уже известно, что не власть травила М.Шолохова, не она принуждала изменить роман в угоду идеологическим догмам, а свои "братья-писатели". Вот только свои ли?

Это может показаться невероятным нынешнему, замордованному новой идеологией читателю, но Э.Циолковскому в те годы были созданы уникальные условия для того, чтобы обнародовать свои труды и таким образом закрепить приоритет русской науки. Об этом убедительно писал А.Л.Чижевский: "Ему было предоставлено местными властями уникальное право печатать свои труды за свой счет, на свой страх и риск. В Калуге он был одновременно автором, редактором и издателем. Это было величайшей редкостью, раритетом, созданным местными коммунистами для гениального Э.К.Циолковского "тоже на свой страх и риск". Кляузы, с требованием запретить ему издавать свои книжки писали не представители власти в инстанции, слухи о том, что Циолковский "выжил из ума" распускали тоже не они, а свои "братья-ученые". Но опять-таки свои ли?

"Но калужские партийцы смотрели - и ничего такого в научных писаниях Циолковского не находили, чтобы их следовало запретить". (А.Л.Чижевский, "На берегу Вселенной", М.,"Мысль", 1995 г.)

Архив С.Д.Мастепанова находится сейчас на Ставрополье, под Невинномысском, в частном домике, который в свое время приобрел ему сын Николай Сергеевич Мастепанов. Но Николай Сергеевич - инженер, хозяйственник и заниматься архивом отца не имеет возможности.

Теперь предстоит не просто сохранить архив С.Д.Мастепанова, но и издать пословицы народов мира, собранные ученым. Или опять на самое необходимое не найдется средств? А, может быть, у нас не находится не средств, а чего-то иного, более важного - понимания того, что без культуры, с пошатнувшимся самосознанием народ превращается просто в население, покорный электорат, которым можно помыкать как угодно…

Уже русскоязычная израильская газета «Вести» озабочена уникальным наследием С.Д.Мастепанова, только не на родине - не в России и не на Кубани… Захар Гельман пишет на страницах этой газеты: «О его смерти я узнал только из книги Петра Ивановича Ткаченко «Кубанские пословицы». Об этой книге обязан сказать особо. Фактически без нее огромный труд ученого остался бы неведомым, ведь Ткаченко собрал и систематизировал исследования Сергея Даниловича последних лет». (2 октября 2003 г.)

Трудно сказать, на каком основании мы ждем благополучия в своем Отечестве, если пренебрегаем или позволяем пренебрегать своим духовным и культурным наследием, то есть тем, чем крепится и на чем стоит цивилизованная жизнь человеческого общества…

Петр Ткаченко